Каппадокия – страна фей и немыслимых, словно неземных, изваяний и фигур, достойна пера лучших поэтов и ценителей прекрасного. При первом взгляде на нее я полностью лишилась слов, поэтому только спустя какое-то время по возвращении домой смогла начать свой рассказ. Красота Каппадокии захлестнула меня с головой, я утонула в ней, потеряв на время дыхание. Я много путешествовала по свету, но мое сердце теперь навсегда осталось с духом этой земли, потому что нет в нашем мире ничего более удивительного и захватывающего воображение, чем чудо, созданное здесь природой. Каппадокия – природный феномен, уникальное место, которое уже какое-то время считается одним из основных чудес света.
Удивительно, что в России про него пока еще недостаточно много известно. Еще десять лет назад даже само название этого места вызывало недоумение у большинства туристических агентств, да и теперь почти никто не берется организовать туда поездку. Еще более удивительно, что это место находится в стране, чрезвычайно излюбленной российскими туристами, – в Турции. Добраться до Каппадокии несложно: достаточно совершить трехчасовой перелет до Стамбула, а там пересесть на местные авиалинии и через час уже оказаться в Кайсери. По прилету в Кайсери мы сели на такси и через час оказались в самом сердце Каппадокии – городке Гореме.
Дорога в Гореме ведет через поля и равнины, уже пожелтевшие степи, безжизненную заброшенную горную местность – обычный пейзаж турецкой земли, но вдруг все меняется, Гореме встает перед глазами, как мираж, как нечто совершенно невероятное для здешних пейзажей. Более трех миллионов лет назад здесь было множество действующих вулканов, которые навсегда изменили образ суши, создали горы и глубокие разломы. Лава вытекала на поверхность и застывала в немыслимых формах, а потом многие столетия вода, ветер и перепады температур создавали нечто поистине причудливое и прекрасное. Перед глазами то и дело встают всевозможные образования – длинные белые конусы, увенчанные черными шляпками, многометровые каменные грибы, пирамиды и многое другое.
Ошеломленная невиданной до сего момента красотой, я не заметила, как мы оказались в отеле – небольшом здании, повсеместно увешанном коврами, красивыми разноцветными лампами, старинными предметами быта. У нас была возможность остановиться в одном из пещерных отелей, но, по словам некогда бывавших в этих местах путешественников, там могло оказать довольно прохладно, поэтому мы решили не рисковать.
Вечером мы пошли погулять по Гореме, и я воочию убедилась, почему это место называют страной фей. На протяжении множества тысячелетий в Каппадокии жили люди, они выдалбливали в мягких породах туфа многочисленные помещения и лабиринты, дома, голубятни, церкви. Многие из таких домиков выглядят как продолговатые трубы с большими камнями темного цвета на вершине. Ночью, когда внутри такого домика зажигается свет, все его стены начинают светиться изнутри. Издревле, когда о поселениях христиан в этих местах еще не было известно местному населению, люди считали, что в подобных домиках живут феи, потому и по сей день эти каменные изваяния носят названия «камины фей». Ночью, когда во всех домах горит свет, перед глазами открывается совершенно фантастическая картина. На протяжении нескольких дней, пока мы были в Каппадокии, мое сердце щемило и, казалось, останавливалось каждый раз, когда я видела такое чудо. Здесь можно легко испытывать приливы слез от поражающей сердце красоты. Почти каждый шаг может принести подобное открытие, и к этому совершенно невозможно подготовиться или привыкнуть. Наверное, нужно родиться в этом месте, чтобы суметь воспринимать его как реальность. Меня же чувство реальности в этом месте покинуло окончательно, и я до сих пор с трудом могу найти слова, чтобы передать собственные ощущения. Еще более поражает, что такое место, по сути, находится всего в 4 часах лета от моего дома. Тут-то и понимаешь, какой маленький и необыкновенно прекрасный наш мир. Всего нашего воображения не хватит, чтобы придумать что-то более потрясающее, чем уже было создано до нас.
Подобные каменные города расположены на этой земле повсеместно. Особенно удивительно, что эти города расположены не только над поверхностью земли, но и спускаются на множество этажей под землю. Обширные многоэтажные подземные города тянутся на десятки километров. В настоящее время изучена площадь только в 40 квадратных километров. Многие города достигают до 15 этажей в глубину. По сей день они имеют действующие системы вентиляции и водоснабжения. Тяжело избежать искушения углубиться в эти потайные лабиринты с фонариком, но это действительно опасно для жизни, потому что мягкие породы нередко обваливаются, оставляя тебя в одиночестве узких коридоров и кромешной тьме. Несмотря на мой неудержимый энтузиазм и готовность отправиться в путь по любому, даже самому темному лабиринту, я сдержала свои порывы, - ведь иначе, вполне вероятно, я бы не смогла привезти обратно свою историю.
Экскурсии проводят в одном из таких городов, который носит название Деринкуй. Мы направились туда не следующий день после приезда. Там есть возможность спуститься на 7 этажей вниз. Коридоры настолько узкие, что пройти по ним во многих местах может только один человек. Большинство коридоров имеет высоту около 150 см, а в некоторых местах приходится не просто наклоняться, а ползти какое-то время на коленях. Словом, идти по подобным лабиринтам и многоэтажным лестницам довольно затруднительно. На самом нижнем этаже есть одно особенное место, в котором можно на время ощутить себя пленником этих подземелий, - это небольшой и очень узкий коридор, сделанный полукругом. Возможно, он служил одним из ходов, которые должны были запутать незваных гостей. В этом коридоре как нельзя лучше чувствуешь себя в ловушке – тесные холодные стены, низкий потолок, кромешная тьма и временная потеря ориентации. Этого опыта достаточно, чтобы избавить себя от искушения самостоятельно бродить по подземным лабиринтам. Мне приходилось в своей жизни бывать в разных пещерах, и даже в тех, где можно увидеть величественные сталактиты и сталагмиты, небольшие водопады, но никогда я не испытывала такого сокровенного трепета, как в этом подземном городе. Если подумать, какое бесчисленное множество людей в здравии и болезни проходили по этим коридорам, касались холодных стен, сколько радостей и печалей они проносили с собой. Для кого-то это место было домом, самым родным местом на земле, и вряд ли эти люди могли представить, что через множество столетий сюда будут съезжаться путешественники со всего мира и считать это одним из самых больших чудес на планете. Нет, они даже не предполагали такого, ведь само название «Гореме» переводится, как «невидимый», невидимый никому, кроме живущих в нем.
Для тех, кто не готов к подземным испытаниям, в Гореме существует национальный парк (Open Air Museum), где можно увидеть удивительные пещерные города над землей. Сюда со всего мира едут люди, чтобы увидеть скальные церкви с великолепными росписями, созданными еще в самом начале зарождения христианства. Действительно, красота и древность этих церквей поражают. Особенно удивительными кажутся эти расписные храмы после того, как протискиваешься через узкую дверцу, как кажется, в обыкновенной скале. И пройдя сквозь этот невзрачный вход, вдруг попадаешь в церковь с колоннами, фресками, алтарем. Игра контрастов заставляет мурашек бегать по коже. Можно провести много времени, разглядывая уникальные фрески. Чудом кажется, что их краски сохранились сквозь много веков и не были разрушены многочисленными землетрясениями и иноземными завоевателями.
Нам повезло посетить Каппадокию в самом начале июня, когда жаркое солнце еще не успело иссушить все великолепие здешних горных цветов. Скальные церкви были окружены маками, васильками и множеством других полевых цветов. Рядом с национальном парком можно увидеть очень красивое цветущее поле, на котором пасутся лошади. Когда-то в этой местности выращивали великолепных персидских скакунов, от чего и произошло название «Каппадокия» - с персидского - «страна прекрасных лошадей».
Однако подземные города и камины фей не единственное, что делает Каппадокию поистине незабываемым местом. Особенное удовольствие доставляют прогулки по долинам, коих в этих местах немало. Первые два дня нашего пребывания в стране фей мы провели в путешествиях вместе с местным туристическим агентством New Goreme Tour, офис которого находится на центральной площади городка Гореме. Это был самый правильный выбор. Хотя до самых дальних мест Каппадокии, которые обязательно стоит посмотреть, можно доехать всего за 40 минут, сделать это самостоятельно будет очень затруднительно. Дело в том, что большинство дорог здесь не асфальтированы, а значит, никак не обозначены ни на бумажных картах, ни на навигаторе, который мы также захватили с собой. Беда здесь и с указателями: они попросту отсутствуют. Единственной возможностью увидеть все чудеса этого края остается поездка вместе с экскурсией или индивидуальным гидом. Вблизи Гореме некоторые долины можно посетить пешком, как мы и сделали самостоятельно в последний, третий день нашего пребывания.
На выбор предлагается несколько возможных туров, два основных из которых - «Красный тур» и «Зеленый тур», оба рассчитаны на целый день. «Красный тур», в который мы отправились в первый день, позволяет увидеть все самые замечательные места вблизи самого Гореме, включая национальный парк (Open Air Museum), скальный многоэтажный город, несколько уникальных долин, скальные монастыри и церкви, панораму горного массива Эрджиес и камины фей.
«Зеленый тур» позволяет увидеть отдаленные красоты Каппадокии, такие как Подземный город Деринкуй и его 15-ти этажные подземные лабиринты, долину Ихлара, скальный монастырский замок, другие замечательные долины и панорамы. Это лишь основные красоты, которые можно увидеть во время этих двух путешествий. Каждый кусочек Каппадокии уникален и неповторим, поэтому ни один тур не может заменить другого. Каждый шаг по этой земле дарит глазу новое чудо, новую загадку, поражающие воображение формы и горные образования. За эти два дня мы увидели столько невообразимого, что мне даже сложно составить точную хронологию нашего путешествия и вспомнить каждую остановку и открытие. Я с радостью бросилась в тот водоворот, оставив позади карты и маршруты, и просто наслаждаясь тем, что могу ступать по этой земле, дышать ее воздухом, касаться ее чудес.
История этой земли насчитывает множество столетий и поистине безгранична. Можно потратить целую жизнь изучая ее, покорить же умом за несколько дней непостижимо и немыслимо. Пока я оставалась на этой земле, я старалась максимально чувствовать и впитывать ее дух. Люди могут рассказать очень многое, могут составить карту, написать на ней названия и расставить даты, описать состав пород и скал, могут сообщить вам при необходимости любую подробную информацию о Каппадокии, но никогда не смогут вложить в сердце ее дух, если вы сами не коснулись ее. Именно поэтому, рассказав уже значительную часть своих впечатлений, я не стану углубляться в историю, цифры, даты, другую подобную информацию, не буду описывать подробные маршруты и другое. Поверьте, этой информации вы найдете предостаточно, если решитесь посетить или изучить Каппадокию. Мне же хочется только передать красоту этого места и свой неописуемый восторг от соприкосновения с ней.
Земля Каппадокии подарила мне свой образ, свою душу, она осталась со мной бесчисленным количеством картин и воспоминаний о своих причудливых формах и чудесах. Я недаром столько раз говорила о «чудесах» Каппадокии, потому что мне сложно найти другие слова: я все еще стою перед ней с широко открытыми глазами и твержу о «чудесах», лишенная всяких других слов. Такими делает людей подлинная красота – молчаливыми, ошеломленными и беспредельно счастливыми.
В моих воспоминаниях то и дело встают картины долин с огромными белыми грибами и многометровыми выпуклостями. Туф, белоснежный и теплый на солнце, создает ощущение лунных пейзажей, и только множество невиданных полевых цветов у их подножия заставляет верить, что ты все еще на Земле. Меня поразили «камины фей», увенчанные черными шляпками. Камины растут длинными колоннами на фоне бескрайних причудливых долин, а на горизонте сквозь их белоснежные столбы виднеется заснеженный горный массив Эрджиес. Разве может воображение человека придумать нечто более восхитительное?
Я осталось влюбленной в зеленую долину Ихлара. Найти ее непросто, несмотря на то, что ее протяженность более 15 км. Мы ехали по совершенно ровной степи, на горизонте виднелись только горы, и ничто не предвещало изменений. И вдруг совершенно в непонятном и неожиданном месте перед нами возник разлом, уходящий вниз на много десятков метров. Испепеляющее солнце и высохшая степь наверху и райская зеленая долина внизу – река, высокие деревья и цветы. Никто не знает, почему здесь, посреди ровной местности, вдруг возникла такая колоссальная долина. Пешеходная часть долины составляет около 5 км; все это время дорожка ведет вдоль реки.
Это путешествие по долине было замечательным, тропинка петляла вдоль реки с одной стороны и вдоль огромной стены разлома - с другой. Она скользила между старинными и толстыми вязами, обходила огромные валуны, а иногда и ныряла под них. В таком случае приходилось, склонившись в три погибели, следовать за ней или искать обходные пути. В скале с другой стороны то и дело появлялись окошки древних поселений. Я и по сей день ломаю голову, как древние жители поднимались на многометровую высоту, -использовали ли они скрытые проходы внутри гор, или просто поднимались по подвесным лестницам? Возможно, во многих случаях это так и останется загадкой. Я наслаждалась дорогой, проскальзывало то самое детское ощущение настоящего путешествия, когда все представляется в радужных и задорных тонах, и только и хочется идти вперед и вперед до самого невидимого горизонта. Я смотрела на толстые ветви деревьев, которые касались воды, - с их листьев то и дело падали капельки, - любовалась изобилием полевых цветов и общей картиной долины. Каждый такой поход был своеобразным путешествием в путешествии, и в этом огромном ущелье моментами я чувствовала себя лилипутом, который попал в заповедный садик какого-то великана.
Однако долина Ихлара, на мой взгляд, хоть и одна из самых приятных для прогулок, но не самая удивительная. В последний день нашего путешествия по Каппадокии мы предприняли самостоятельный поход по долинам, попросив агента из New Goreme Tour о транспортной поддержке. Утром нас доставили к началу одной из красивейших долин – Белой долине, которая плавно переходила в Долину Любви – конечный и весьма интригующий пункт нашего маршрута. Белая долина также представляет собой огромный горный разлом, который тянется примерно на 7-8 километров. Мы стояли наверху этого разлома, посреди великолепного буйно цветущего весеннего поля, размышляя, как же нам спуститься вниз. Не найдя ни одной дорожки, ведущей на дно долины, мы решили прогуляться вдоль нее по самому края разлома, рассматривая ее причудливые формы и образования сверху. Однако очень скоро стало ясно, что чтобы пройти долину просто необходимо спуститься вниз.
В этот момент я заметила нечто напоминающее тропинку. Эта дорожка, как мне показалось, плавно вела вниз, в долину, сквозь цветы и высокую траву, и мы последовали за ней. Однако чем дальше мы шли, тем уже и круче становилась эта тропа. В конце нам пришлось фактически протискиваться между постоянно сужающимися с двух сторон скалами. Идти становилось тяжело и практически невозможно, что порождало сомнения в том, ступала ли на эту тропу хоть один раз нога человека. Прошло еще немного времени в мучительном пути через скалы, и мы поняли, что следовали не по тропе, а по следу от бурных водных потоков, которые буквально размывают горы в дождь. Этот след нас вывел к отвесному обрыву, где дождевая вода с шумом срывалась между отвесных скал. Я посмотрела вниз и сделала окончательный вывод об ошибочности своего решения. Прошло уже около часа в пути, но нам ничего не осталось, как вернуться в начало долины. Путь обратно шел в горку, и потому оказался довольно сложным, однако спустя какое-то время нам все же удалось снова вернуться к началу долины. И только теперь, уже изрядно измотанные, мы увидели довольно крутую тропу, ведущую на дно долины.
Все горы этой местности состоят из туфа, у которого есть две главные особенности, особо запоминающиеся путешественнику. Первая особенность в том, что сам по себе туф совершенно не скользкий, что позволяет, вставая на него под довольно отвесным углом, не бояться, что ботинок поедет вниз. Другая особенность полностью противоположная, - туф легко крошится, а это значит, что на этих крошках очень легко поскользнуться, как на сухом песке, и потерять всякое равновесие. Так что спуск в долину знаменуется постоянным поиском, куда бы поставить ногу, чтобы просто не скатиться вниз с многометровой высоты. В одном месте я даже предпочла просто сесть на землю и съехать вниз, так как это оказалось значительно быстрее и безопаснее. Но после некоторых усилий мы оказались у подножия гор в начале тропинки, ведущей сквозь долину.
Белая долина оказалась весьма тенистой и живописной. Иногда тропинка проходила по цветущим, еще мокрым от росы полянам мимо гиганских образований, напоминающих грибы или длинные трубы, иногда буквально продиралась через густо растущие кустарники, как сквозь длинный зеленый коридор, иногда примыкала к руслу ручья, текущего сквозь всю долину, иногда просто проходила под огромными валунами, под которые приходилось подлезать. Дорожка то вздымалась на холмы, позволяя увидеть живописный вид долины сверху, то ныряла в самые густые зеленые заросли, к удивительным ярким цветам и травам. В одном из таких уголков, к нашему удивлению, нам встретилась довольно большая черепаха, которая держала путь с высоких белых скал, нагретых на солнце, к освежающему ручью долины. Словом, за каждым поворотом тропы мы находили для себя нечто новое; но самое главное нас ждало впереди.
Прошло уже около трех часов в пути, и дорожка стала идти практически постоянно по долине, и все больше и больше нам стали попадаться необычные конусовидные или похожие на столбы образования. Мы приближались к Долине Любви. Эта долина кажется совершенно неземным местом, потому что представляет собой ровную цветущую местность, окруженную горами, по которой повсеместно располагаются многометровые каменные образования, напоминающие столбы с утолщением на вершине. Долина потому и получила такое название, что эти столбы чрезвычайно похожи на символы любви, так популярные в Турции. С первого взгляда кажется, что такое не могло быть создано нерукотворно, но это так, ведь природа великая мастерица! Столбы располагаются ровными рядами, группами и кругами, и кажется, что гуляешь по невероятному лесу. Ощущения при этом рождаются фантастические.
Многочасовая прогулка по двум долинам нас изрядно измотала, поэтому следующий поход мы предприняли только вечером. Нас привезли к началу еще одной удивительной долины, которая носит название Розовой долины. Название ее не случайно, ведь огромные скальные образования имеют здесь розовый оттенок, что придает долине особый шарм. На этот раз мы решили не спускаться в долину, а пройти по узкой походной тропке вдоль розовых скал. Тропинка шла как бы по небольшому выступу, который создавал местный ландшафт, так что справа от нас оказывалась стена многометровых розовых гор, а слева пропасть, далеко внизу которой находилась сама долина. Местами участок выступа становится таким узким, что при неосторожном движении было легко покатиться в пропасть, поэтому мы шли в некоторых моментах очень медленно и осторожно. Тропинка петляла вдоль гор, так что нельзя было видеть дальше, чем на расстояние следующего горного выступа. Путь от одного выступа до другого занимал около получаса. Мы шли и любовались закатом солнца и великолепной горной панорамой долины внизу. Сердце радовалось и замирало, потому что так редко в жизни удается видеть подобную красоту.
Мы шли уже около двух часов, а края нашего пути все еще не было видно, тропинка обходила один горный выступ за другим и не спешила менять свой маршрут. По пути нам не встретилось ни единого человека либо хотя бы признаков недавнего присутствия людей. Солнце медленно, но верно спускалось за горизонт, и в голову стали приходить мысли, что остаться в незнакомых горах после захода солнца без воды, еды и даже фонаря было бы малоприятно. Нам позвонил представитель из New Goreme Tour, чтобы осведомиться, не потерялись ли мы. Обрисовав, что мы уже идем не первый час, а конца и края нашего пути не видно, мы совместно сделали вывод, что заблудились. Спускаться вниз, в долину, или подниматься на гору без альпинистского снаряжения и сноровки было бы самоубийством, так что оставалось только два возможных пути, - идти вперед или вернуться. Путь назад был известен, а вперед нас манила лишь неизвестность и уверенность, что куда-нибудь тропинка нас приведет. В New Goreme Tour нам разумно предложили вернуться, но дух путешественника заставил нас идти вперед, к неизвестности.
Шаг за шагом, и еще через два часа тропинка начала плавно спускаться вниз. Вода кончилась, и я очень радовалась, что солнце вот-вот сядет, и потому уже совсем не было жарко. Мне казалось, я уже иду на последнем усилии воли. Перед нашими глазами открылась удивительная панорама какого-то старинного скального города. Солнце касалось земли своими последними лучами, и над городом почему-то сгустились темные тучи. Увиденная картина была неподвластной даже воображению. Мы спустились в город; спуск был крутым, и местами нам приходилось даже лазить по плоским крышам вделанных в скалы домов. Когда мы вышли на дорогу, нас, уставших и измотанных, подобрали представители New Goreme Tour, которые уже выехали на наши поиски и колесили по улочкам пустынного города. Прожитый день принес неописуемое удовольствие и такую же невероятную усталость.
Пожалуй, помимо увиденных нами удивительных и трепетных красот Каппадокии, отдельного внимания заслуживают ее люди. Мало где в мире мне встречалось такое доброе и приветливое местное население, как в городке Гореме. Повсюду в городе много разнообразных лавочек, где продают ковры, лампы, старые вещи, различные безделушки и сувениры, и где тебе всегда рады, но не потому что ты покупатель или турист, а потому что ты гость. Такое же отношения было к нам во всех местных ресторанчиках, и вообще везде, куда мы заходили. Даже если вы ничего не покупаете и не заказываете, вам рады, вам предложат сесть и выпить местного традиционного яблочного чая, расспросят, куда и откуда вы держите свой путь. Такого доброго и человеческого отношения уже нигде не встретишь в современных городах, но здесь это часть местной традиции и гостеприимства. Здесь, если вы встречаете на улице незнакомого человека, то он желает вам здравия. Вот идет старушка в длинных черных нарядах до пола и платке, она улыбнется вам при встрече и скажет много добрых слов. Старики в этой местности не знают иностранных языков, но ее слова будут вам понятны, потому что она говорит на всем известном языке мира – языке доброты. А вот ее муж рядом продает фрукты; он занимается этим делом все жизнь, и в его руках это выглядит как искусство. Люди Гореме хранят свои традиции и ценят свой удивительный уголок мира. Возможно, не все традиции и особенности будут понятны и известны иностранцу, да и сами люди покажутся в чем-то необычными и непривычными, - но когда за всем этим стоит доброе человеческое отношение, то это не имеет такого уж большого значения. Важно одно: много ли мест на земле, где можно встретить такое отношение к людям? Маленькие городки вообще хранят много замечательных и особенных традиций, которые, увы, забыты в современном мире; а ведь в итоге именно такое человеческое отношение и делает нас людьми.
Непременно отведайте местной кухни: она разнообразна и необычна. Послушайте совета и возьмите то блюдо, которое вам посоветуют. Например, особое удовольствие нам доставил Кебаб в горшочке (Pottery Kebab). Мясо, овощи и традиционные специи помещают в горшок, закрывают его крышкой и замазывают сверху глиной, чтобы не было дополнительного притока воздуха. Потом все это помещают в большую печь и запекают. Горшочек вам выносят на горящих углях, при вас разбивают крышку горшка и предлагают отведать блюдо. Такой необычный способ приготовления придает мясу особенный вкус.
Да мало ли еще чудес можно встретить в этом краю…Возможно, перед отъездом вам захочется подняться в небо на воздушно шаре, чтобы увидеть этот край с высоты птичьего полета. Шары поднимаются в пять утра, на самом рассвете. Они плывут над Гореме, над каньонами и долинами куда-то навстречу солнцу... И если в этот момент посмотреть на них с земли, то кажется, что именно так люди поднимаются в небо к своему счастью, видя внизу такой прекрасный и невообразимый мир.
Перед прощанием с этой землей меня посетили те же ощущения, с которыми я столкнулась при нашей первой встрече. Слова покинули меня, а мое сердце щемило, ведь именно такими делает людей прощание с подлинной красотой – молчаливыми, ошеломленными и немного грустными. Я верю, что однажды мы еще встретимся, Каппадокия, ведь я оставила тебе кусочек своего сердца…
Kapadokija – fė jų ir neį sivaizduojamų , tarsi než emiš kų , statulų ir figū rų š alis, verta geriausių poetų ir grož io ž inovų plunksnos. Kai pirmą kartą paž iū rė jau į ją , visiš kai netekau ž odž ių , todė l tik po kurio laiko, grį ž usi namo, galė jau pradė ti savo istoriją . Kapadokijos grož is mane pribloš kė , paskendau joje, kuriam laikui praradę s kvapą . Daug keliavau po pasaulį , bet mano š irdis dabar amž inai yra su š io kraš to dvasia, nes mū sų pasaulyje nė ra nieko nuostabesnio ir ž avesnio už gamtos sukurtą stebuklą č ia. Kapadokija – gamtos reiš kinys, unikali vieta, kuri kurį laiką buvo laikoma vienu pagrindinių pasaulio stebuklų .
Keista, bet Rusijoje apie jį dar maž ai ž inoma. Prieš deš imt metų net pats š ios vietos pavadinimas glumino daugumą kelionių agentū rų , o ir dabar beveik niekas nesiima organizuoti ten kelionė s. Dar labiau stebina tai, kad š i vieta yra rusų turistų itin pamė gtoje š alyje – Turkijoje. Nuvykti į Kapadokiją paprasta: tereikia trijų valandų skrydž io į Stambulą , tada persė skite į vietines oro linijas ir po valandos bū site Kayseryje. Atvykę į Kayseri, sė dome taksi ir po valandos buvome Kapadokijos š irdyje – Goreme miestelyje.
Kelias Goreme veda laukais ir lygumomis, jau pageltusiomis stepė mis, negyva apleista kalnuota vietovė – į prastas Turkijos kraš to peizaž as, bet staiga viskas pasikeič ia, Goreme iš kyla prieš akis kaip miraž as, tarsi kaž kas visiš kai neį tikė tino vietiniams kraš tovaizdž iams. Daugiau nei prieš tris milijonus metų buvo daug aktyvių ugnikalnių , kurie amž iams pakeitė ž emė s veidą , sukū rė kalnus ir gilius lū ž ius. Lava tekė jo į pavirš ių ir sukietė jo neį sivaizduojamais pavidalais, o paskui daugelį amž ių vanduo, vė jas ir temperatū ros pokyč iai kū rė kaž ką tikrai keisto ir graž aus. Kartkartė mis prieš akis iš kyla į vairiausi dariniai – ilgi balti kū giai su juodomis kepurė mis, daugiametriniai akmeniniai grybai, piramidė s ir daug daugiau.
Apstulbinta iki š iol neregė to grož io, nepastebė jau, kaip atsidū rė me vieš butyje - visur kabojo nedidelis pastatas su kilimais, graž iomis į vairiaspalvė mis lempomis, senais buities daiktais. Turė jome galimybę apsistoti viename iš urvinių vieš buč ių , tač iau, anot keliautojų , kaž kada buvusių š iose vietose, ten gali bū ti gana vė su, todė l nusprendė me nerizikuoti.
Vakare iš ė jome pasivaikš č ioti po Goreme, ir aš savo akimis pamač iau, kodė l š i vieta vadinama fė jų š alimi. Daugelį tū kstantmeč ių ž monė s gyveno Kapadokijoje, minkš tose tufo uolose iš graviravo daugybę kambarių ir labirintų , namų , balandė lių , baž nyč ių . Daugelis š ių namų atrodo kaip pailgi vamzdž iai su dideliais tamsios spalvos akmenimis virš uje. Naktį , kai tokio namo viduje į jungiama š viesa, visos jo sienos pradeda š vytė ti iš vidaus. Nuo seniausių laikų , kai vietos gyventojai dar než inojo apie krikš č ionių gyvenvietes š iose vietose, ž monė s tikė jo, kad tokiuose namuose gyvena laumė s, todė l iki š ių dienų š ios akmeninė s statulos vadinamos „fė jų ž idiniais“. Naktį , kai visuose namuose dega š viesa, prieš akis atsiveria absoliuč iai fantastiš kas vaizdas. Kelias dienas, kol buvome Kapadokijoje, man skaudė jo š irdį ir atrodė , kad sustojo kiekvieną kartą , kai pamač iau tokį stebuklą . Č ia galima nesunkiai patirti aš arų pliū psnius nuo į š irdį trenkanč io grož io. Beveik kiekvienas ž ingsnis gali atneš ti tokį atradimą , ir jam visiš kai neį manoma nei pasiruoš ti, nei priprasti. Ko gero, reikia gimti š ioje vietoje, kad galė tum suvokti ją kaip realybę . Realybė s jausmas š ioje vietoje mane visiš kai paliko, ir aš vis dar sunkiai randu ž odž ių savo jausmams perteikti. Dar nuostabiau yra tai, kad tokia vieta iš tikrų jų yra tik 4 valandos skrydž io nuo mano namų . Č ia supranti, koks maž as ir neį prastai graž us yra mū sų pasaulis. Visos mū sų vaizduotė s neuž tenka, kad sugalvotume ką nors nuostabesnio, nei jau buvo sukurta prieš mus.
Panaš ių akmeninių miestų š ioje ž emė je yra visur. Ypač stebina tai, kad š ie miestai iš sidė stę ne tik virš ž emė s pavirš iaus, bet ir daug aukš tų nusileidž ia po ž eme. Platū s kelių aukš tų pož eminiai miestai driekiasi deš imtis kilometrų . Š iuo metu iš tirtas tik 40 kvadratinių kilometrų plotas. Daugelyje miestų gylis siekia iki 15 aukš tų . Iki š iol jie turi veikianč ias vė dinimo ir vandens tiekimo sistemas. Sunku iš vengti pagundos pasinerti į š iuos paslė ptus labirintus su ž ibintuvė liu, tač iau tai tikrai pavojinga gyvybei, nes minkš tos uolos daž nai griū va, palikdamos vieną siauruose koridoriuose ir aklinoje tamsoje. Nepaisant nenugalimo entuziazmo ir noro leistis į kelionę per bet kokį , net ir tamsiausią labirintą , suvarž au savo impulsus – kitaip tikė tina, kad negalė č iau sugrą ž inti savo istorijos.
Ekskursijos vykdomos viename iš š ių miestų , kuris vadinamas Derinkuy. Ten nuvykome ne kitą dieną po atvykimo. Yra galimybė nusileisti 7 aukš tais ž emyn. Koridoriai tokie siauri, kad daug kur jais gali praeiti tik vienas ž mogus. Dauguma koridorių yra apie 150 cm aukš č io, o vietomis tenka ne tik pasilenkti, o kurį laiką š liauž ioti ant kelių . Ž odž iu, tokiais labirintais ir kelių aukš tų laiptais pereiti gana sunku. Ž emiausiame aukš te yra viena ypatinga vieta, kur galima kurį laiką pasijusti š ių pož emių kaliniu – tai maž as ir labai siauras puslankiu suformuotas koridorius. Galbū t jis buvo vienas iš ž ingsnių , kurie turė jo suklaidinti į sibrovė jus. Š iame koridoriuje jautiesi puikiai į strigę s – ankš tos š altos sienos, ž emos lubos, visiš ka tamsa ir laikinas orientacijos praradimas. Š ios patirties pakanka, kad iš sigelbė tų nuo pagundos savarankiš kai klaidž ioti pož eminiais labirintais. Gyvenime teko lankytis į vairiuose urvuose ir net tuose, kur galima pamatyti didingus stalaktitus ir stalagmitus, maž us krioklius, bet tokio slapto jaudulio kaip š iame pož eminiame mieste dar nebuvau patyrę s. Jei pagalvotumė te, kiek sveikų ir serganč ių ž monių praė jo š iais koridoriais, palietė š altas sienas, kiek dž iaugsmų ir vargų jie neš ė su savimi. Kai kuriems š i vieta buvo namai, pati gimtoji vieta ž emė je, ir š ie ž monė s sunkiai galė jo į sivaizduoti, kad po daugelio amž ių č ia atvyks keliautojai iš viso pasaulio ir laikys tai vienu didž iausių stebuklų planetoje. Ne, jie to net neį sivaizdavo, nes pats pavadinimas „Goreme“ iš verstas kaip „nematomas“, nematomas niekam, iš skyrus jame gyvenanč ius.
Tiems, kurie nė ra pasiruoš ę pož eminiams bandymams, Goreme yra nacionalinis parkas (muziejus po atviru dangumi), kuriame galite pamatyti nuostabius urvų miestus virš ž emė s. Ž monė s iš viso pasaulio č ia atvyksta norė dami pamatyti uolų baž nyč ias su nuostabiomis freskomis, sukurtomis pač ioje krikš č ionybė s gimimo pradž ioje. Iš tiesų , š ių baž nyč ių grož is ir senumas yra nuostabū s. Š ios nudaž ytos š ventyklos atrodo ypač nuostabiai prasispaudus pro siauras duris, kaip atrodo, į prastoje uoloje. Ir eidamas pro š į neapsakomą į ė jimą staiga atsiduri baž nyč ioje su kolonomis, freskomis, altoriumi. Kontrastų ž aidimas priverč ia odą š liauž ioti. Galite praleisti daug laiko ž iū rė dami į unikalias freskas. Stebuklingai atrodo, kad jų spalvos iš liko per daugelį amž ių ir nebuvo sunaikintos daugybė s ž emė s drebė jimų ir už sienio už kariautojų .
Mums pasisekė Kapadokijoje apsilankyti pač ioje birž elio pradž ioje, kai kaitri saulė dar nebuvo iš dž iovinusi visos vietinių kalnų gė lių puikybė s. Uolų baž nyč ios buvo apsuptos aguonų , rugiagė lių ir daugybė s kitų lauko gė lių . Netoli nacionalinio parko galima pamatyti labai graž iai ž ydintį lauką , kuriame ganosi arkliai. Kadaise š ioje vietovė je buvo auginami puikū s persų arkliai, nuo kurių kilo pavadinimas „Kapadokija“ – iš persų kalbos – „graž ių ž irgų š alis“.
Tač iau pož eminiai miestai ir pasakų ž idiniai nė ra vienintelis dalykas, dė l kurio Kapadokija yra tikrai nepamirš tama vieta. Ypatingą malonumą teikia pasivaikš č iojimai slė niuose, kurių š iose vietose yra daug. Pirmą sias dvi vieš nagė s dienas fė jų š alyje praleidome keliaudami kartu su vietine kelionių agentū ra New Goreme Tour, kurios biuras yra centrinė je Goreme miestelio aikš tė je. Tai buvo teisingas pasirinkimas. Nors į tolimiausias Kapadokijos vietas, kurias tikrai verta pamatyti, nuvaž iuosite vos per 40 minuč ių , savarankiš kai tai padaryti bus labai sunku. Faktas yra tas, kad dauguma kelių č ia neasfaltuoti, vadinasi, jie niekaip nepaž ymė ti nei popieriniuose ž emė lapiuose, nei navigatoriuje, kurį taip pat pasiė mė me su savimi. Bė da č ia yra su rodyklė mis: jų tiesiog nė ra. Vienintelis bū das pamatyti visus š io kraš to stebuklus – kelionė su ekskursija arba individualiu vadovu. Netoli Goreme kai kuriuos slė nius galima aplankyti pė sč iomis, kaip tai padarė me savarankiš kai paskutinę , treč ią vieš nagė s dieną .
Galima rinktis iš kelių galimų kelionių , dvi pagrindinė s yra „Red Tour“ ir „Green Tour“, kurios abi yra visos dienos kelionė s. „Raudonasis turas“, kuriame važ iavome pirmą dieną , leidž ia pamatyti visas nuostabiausias vietas š alia paties Goreme, į skaitant nacionalinį parką (muziejų po atviru dangumi), uolė tą daugiaaukš č ių miestą , keletą unikalių slė nių , uolų vienuolynus. ir baž nyč ios, Erciyes kalnų grandinė s ir pasakų ž idinių panorama.
„Ž alioji kelionė “ leidž ia apž iū rė ti tolimas Kapadokijos grož ybes, tokias kaip Derinkuy pož eminis miestas ir jo 15 aukš tų pož eminiai labirintai, Ihlara slė nis, uolų vienuolyno pilis, kiti nuostabū s slė niai ir panoramos. Tai tik pagrindinė s grož ybė s, kurias galima pamatyti š ių dviejų kelionių metu. Kiekvienas Kapadokijos gabalas yra unikalus ir nepakartojamas, todė l jokia kelionė negali pakeisti kitos. Kiekvienas ž ingsnis š ioje ž emė je suteikia akiai naują stebuklą , naują paslaptį , nuostabias formas ir kalnų darinius. Per š ias dvi dienas pamatė me tiek daug neį sivaizduojamo, kad man net sunku susidė lioti tikslią mū sų kelionė s chronologiją ir prisiminti kiekvieną stotelę bei atradimą . Su malonumu į sitraukiau į tą sū kurį , palikdama po savę s ž emė lapius ir marš rutus ir tiesiog mė gaudamasi tuo, kad galiu š ia ž eme vaikš č ioti, kvė puoti jos oru, prisiliesti prie jos stebuklų .
Š io kraš to istorija turi daugybę š imtmeč ių ir yra tikrai beribė . Galite praleisti visą gyvenimą ją studijuodami, bet už kariauti ją protu per kelias dienas yra nesuprantama ir neį sivaizduojama. Bū damas š ioje ž emė je stengiausi kiek į manoma pajusti ir sugerti jos dvasią . Ž monė s gali jums daug pasakyti, jie gali sudaryti ž emė lapį , už raš yti ant jo vardus ir datas, apraš yti uolienų ir uolų sudė tį , jei reikia, jie gali pasakyti bet kokią iš samią informaciją apie Kapadokiją , bet jie niekada negalė s į dė ti jos dvasios. į jų š irdis, jei pats jos nepalietei. Bū tent todė l, jau pasakę s nemaž ą dalį savo į spū dž ių , nesigilinsiu į istoriją , skaič ius, datas, kitą panaš ią informaciją , neapraš ysiu detalių marš rutų ir kita. Patikė kite manimi, rasite daug š ios informacijos, jei nusprę site aplankyti Kapadokiją ar tyrinė ti ją . Tiesiog noriu perteikti š ios vietos grož į ir neapsakomą malonumą dė l kontakto su ja.
Kapadokijos ž emė suteikė man savo į vaizdį , savo sielą , ji liko su daugybe nuotraukų ir prisiminimų apie savo keistas formas ir stebuklus. Ne veltui tiek daug kartų kalbė jau apie Kapadokijos „stebuklus“, nes man sunku rasti kitus ž odž ius: vis dar stoviu prieš ais ją plač iai atmerktomis akimis ir kartoju apie „stebuklus“, neturiu. bet kokių kitų ž odž ių . Bū tent tai daro ž mones tikru grož iu – tyliu, sustingusiu ir be galo laimingu.
Mano prisiminimuose retkarč iais iš kyla slė nių nuotraukos su didž iuliais kiaulienos grybais ir multimetriniais iš kilimais. Sniego baltumo ir saulė je š iltas tufas sukuria mė nulio peizaž ų pojū tį , o tik daugybė precedento neturinč ių laukinių gė lių jų papė dė je verč ia patikė ti, kad vis dar esate Ž emė je. Mane pribloš kė juodomis skrybė lė mis vainikuoti „fė jų ž idiniai“. Ž idiniai auga ilgomis kolonomis begalinių keistų slė nių fone, o horizonte pro sniego baltumo stulpus matosi snieguota Erciyes kalnų grandinė . Ar ž mogaus vaizduotė gali sugalvoti ką nors malonesnio?
Likau į simylė ję s ž alią Ihlaros slė nį . Rasti jį nė ra lengva, nepaisant to, kad jo ilgis daugiau nei 15 km. Važ iavome visiš kai lygia stepe, horizonte matė si tik kalnai ir niekas nenumatė pokyč ių . Ir staiga visiš kai nesuprantamoje ir netikė toje vietoje prieš mus pasirodė gedimas, leidž iantis daug deš imč ių metrų ž emyn. Š viesi saulė ir iš dž iū vusi stepė virš uje ir dangiš kai ž alias slė nis apač ioje – upė , aukš ti medž iai ir gė lė s. Niekas než ino, kodė l č ia, lygaus ploto viduryje, staiga atsirado toks kolosalus slė nis. Pė sč ių jų slė nio dalis apie 5 km; Visą š į laiką takas veda palei upę .
Š i kelionė slė niu buvo nuostabi, kelias vingiavo palei upę iš vienos pusė s ir palei didž iulę lū ž io sieną iš kitos. Ji sklandė tarp senų ir storų guobų , vengė didž iulių riedulių , kartais nardydavo po jais. Š iuo atveju reikė jo, nusilenkus trims mirtims, sekti paskui ją arba ieš koti iš eities. Kitoje pusė je esanč ioje uoloje karts nuo karto atsirasdavo senovinių gyvenvieč ių langai. Iki š iol galvoju, kaip senovė s gyventojai už kopė į daugelio metrų aukš tį – ar jie naudojosi paslė ptais praė jimais kalnų viduje, ar tiesiog lipo pakabintomis kopė č iomis? Galbū t daugeliu atvejų tai liks paslaptimi. Man patiko kelias, praslydo tas labai vaikiš kas tikros kelionė s jausmas, kai viskas pateikiama vaivorykš tė mis ir karš tomis spalvomis, o man belieka eiti toliau ir toliau į patį nematomiausią horizontą . Ž iū rė jau į storas medž ių š akas, kurios lietė vandenį – nuo jų lapų karts nuo karto krisdavo laš eliai – grož ė jausi laukinių gė lių gausa ir bendru slė nio vaizdu. Kiekviena tokia kelionė buvo savotiš ka kelionė kelionė je, ir š iame didž iuliame tarpeklyje akimirkas jauč iausi kaip nykš tukas, atsidū rę s rezervuotame kokio nors milž ino sode.
Tač iau Ihlaros slė nis, mano nuomone, nors ir vienas maloniausių pasivaikš č ioti, nė ra pats nuostabiausias. Paskutinę mū sų kelionė s į Kapadokiją dieną mes savarankiš kai iš vykome per slė nius, praš ydami agento iš New Goreme Tour pagalbos transportu. Ryte buvome nuvež ti į vieno graž iausių slė nių - Baltojo slė nio pradž ią , kuris sklandž iai virto Meilė s slė niu - paskutiniu ir labai intriguojanč iu mū sų marš ruto taš ku. Baltasis slė nis taip pat yra didž iulis kalnų lū ž is, besitę siantis apie 7-8 kilometrus. Stovė jome š io plyš io virš uje, viduryje nuostabaus, veš liai ž ydinč io pavasario lauko, ir svarstė me, kaip galė tume nusileisti. Neradę nė vieno tako, vedanč io į slė nio apač ią , nusprendė me juo eiti palei patį lū ž io kraš tą , iš virš aus apž iū rė dami jo keistas formas ir darinius. Tač iau labai greitai paaiš kė jo, kad norint pravaž iuoti slė nį , tiesiog reikia leistis ž emyn.
Tą akimirką pastebė jau kaž ką panaš aus į taką . Š is kelias, man atrodė , sklandž iai vedė ž emyn į slė nį , per gė les ir aukš tą ž olę , ir mes juo ė jome. Tač iau kuo toliau, tuo š is kelias darė si siauresnis ir statesnis. Galų gale iš tikrų jų turė jome spaustis tarp uolų , kurios nuolat siaurė jo iš abiejų pusių . Eiti pasidarė sunku ir beveik neį manoma, todė l kilo abejonių , ar ž mogaus koja bent kartą buvo į kė lusi koją š iuo keliu. Dar š iek tiek laiko praė jo skausmingu keliu per uolas, ir supratome, kad einame ne taku, o taku nuo audringų vandens upelių , kurios tiesiogine to ž odž io prasme per lietų nuplauna kalnus. Š is takas mus atvedė prie stač ios skardž io, kur lietaus vanduo triukš mingai draskė tarp stač ių uolų . Paž velgiau ž emyn ir galiausiai padariau iš vadą , kad mano sprendimas buvo neteisingas. Kelyje praė jo apie valandą , bet mums neliko nieko kito, kaip tik grį ž ti į slė nio pradž ią . Kelias atgal kilo į kalną , todė l pasirodė gana sunkus, bet po kiek laiko vis tiek pavyko vė l grį ž ti į slė nio pradž ią . Ir tik dabar, jau gerokai iš sekę , pamatė me gana statų takelį , vedantį į slė nio apač ią .
Visi š ios vietovė s kalnai yra sumū ryti iš tufo, turinč io dvi pagrindines savybes, kurios keliautojui ypač į simena. Pirma ypatybė – pats tufas yra visiš kai neslidus, kas leidž ia ant jo stovint gana stač iu kampu, nesibaiminti, kad bagaž inė nusileis. Kita savybė visiš kai prieš inga – tufas lengvai trupa, vadinasi, ant š ių trupinių labai lengva paslysti, kaip ir ant sauso smė lio, ir prarasti visą pusiausvyrą . Tad nusileidimas į slė nį paž enklintas nuolatinė mis paieš komis, kur pakiš ti koją , kad tiesiog nenuslystume ž emyn iš kelių metrų aukš č io. Vienoje vietoje man net labiau patiko tiesiog atsisė sti ant ž emė s ir č iuož ti ž emyn, nes taip pasirodė daug greič iau ir saugiau. Tač iau š iek tiek pasistengę atsidū rė me kalnų papė dė je slė niu vedanč io tako pradž ioje.
Baltasis slė nis pasirodė labai š eš ė linis ir vaizdingas. Kartais takas eidavo per ž ydinč ias pievas, vis dar š lapias nuo rasos, pro milž iniš kus darinius, primenanč ius grybus ar ilgus vamzdž ius, kartais tiesiogine prasme eidavo per tankiai auganč ius krū mus, tarsi per ilgą ž alią koridorių , kartais – prie tekanč io upelio vagos. per visą slė nį , kartais tiesiog prasilenkdavo po didž iuliais rieduliais, po kuriais reikė davo lį sti. Kelias arba pakilo į kalvas, leidž ianč ius pamatyti vaizdingą slė nio vaizdą iš virš aus, o tada pasinerti į tankiausius ž alius krū mynus iki nuostabių ryš kių gė lių ir ž olių . Viename iš tokių kampelių , mū sų nuostabai, sutikome gana didelį vė ž lį , kuris nuo aukš tų baltų uolų , į kaitusioje saulė je, pakeliui į gaivinantį slė nio upelį . Ž odž iu, kiekviename kelio posū kyje rasdavome sau kaž ką naujo; bet svarbiausias dalykas buvo prieš akyje.
Kelyje jau buvo apie tris valandas, o takas pradė jo eiti beveik nuolat slė niu, vis daž niau ė mė susidurti su neį prastais kū gio ar stulpo formos dariniais. Artė jome prie Meilė s slė nio. Š is slė nis atrodo visiš kai než emiš ka vieta, nes tai plokš č ia, kalnų apsupta ž ydi vietovė , palei kurią visur driekiasi daugiametriniai akmenų dariniai, primenantys stulpus su sustorė jimu virš uje. Pavadinimą slė nis gavo dė l to, kad š ie stulpai itin panaš ū s į Turkijoje taip populiarius meilė s simbolius. Iš pirmo ž vilgsnio atrodo, kad to nepavyko sukurti stebuklingai, bet taip yra, nes gamta yra puiki amatininkė ! Stulpai iš sidė stę lygiomis eilė mis, grupė mis ir ratais, ir atrodo, kad eini per neį tikė tiną miš ką . Jausmai gimsta fantastiš ki.
Daugelio valandų pasivaikš č iojimas per du slė nius mus gerokai iš vargino, todė l į kitą kelionę ė mė mė s tik vakare. Buvome atvesti į kito nuostabaus slė nio, kuris vadinamas Rož ių slė niu, pradž ią . Jo pavadinimas neatsitiktinis, nes č ia didž iuliai uolienų dariniai turi rausvą atspalvį , suteikiantį slė niui ypatingo ž avesio. Š į kartą nusprendė me nesileisti į slė nį , o pasivaikš č ioti siauru pė sč ių jų taku palei rož ines uolas. Takas tarsi ė jo palei nedidelę atbrailą , kuri sukū rė vietinį kraš tovaizdį , todė l mū sų deš inė je buvo kelių metrų rausvų kalnų siena, o kairė je – bedugnė , toli ž emiau – pats slė nis. Vietomis atbrailos atkarpa pasidaro tokia siaura, kad neatsargiai judant buvo lengva į kristi į bedugnę , todė l kai kuriose vietose ė jome labai lė tai ir atsargiai. Takas vingiavo palei kalnus, todė l toliau nei kito kalno atbrailos atstumas nebuvo matyti. Kelionė nuo vienos atbrailos iki kitos truko apie pusvalandį . Vaikš č iojome ir grož ė jomė s saulė lydž iu bei nuostabia ž emiau esanč io slė nio kalnų panorama. Mano š irdis apsidž iaugė ir sugniuž dė , nes taip retai gyvenime galima pamatyti tokį grož į .
Ė jome apie dvi valandas, o mū sų tako kraš to vis nesimatė , takas apė jo vieną po kito kalno atbrailą ir neskubė jo keisti marš ruto. Pakeliui nesutikome nė vieno ž mogaus ir net ž enklų , kad neseniai buvo ž monių . Saulė lė tai, bet už tikrintai leidosi ž emiau horizonto, ė mė kirbė ti mintys, kad po saulė lydž io bū tų nemalonu likti nepaž į stamuose kalnuose be vandens, maisto ir net ž ibinto. Mums paskambino „New Goreme Tour“ atstovas ir paklausė , ar nepasiklydome. Nubrė ž ę , kad einame jau daugiau nei valandą , o mū sų tako galo ir kraš to nesimato, padarė me bendrą iš vadą , kad pasiklydome. Nusileisti į slė nį ar į kalną be laipiojimo į rangos ir į gū dž ių bū tų saviž udybė , todė l tebuvo du galimi keliai – pirmyn arba grį ž ti. Kelias atgal buvo ž inomas, o pirmyn mus traukė tik než inomybė ir tikrumas, kad kelias mus kur nors nuves. Kelionė je „New Goreme“ buvome protingai pakviesti sugrį ž ti, tač iau keliautojo dvasia leido mums judė ti pirmyn į než inią .
Ž ingsnis po ž ingsnio, o dar po dviejų valandų takas ė mė sklandž iai leistis ž emyn. Baigė si vanduo, labai apsidž iaugiau, kad saulė jau tuoj leidž iasi, todė l jau visai nebekarš ta. Man atrodė , kad aš jau einu paskutinė mis valios pastangomis. Prieš akis atsivė rė nuostabi kaž kokio senovinio roko miesto panorama. Saulė paskutiniais savo spinduliais palietė ž emę , o virš miesto kaž kodė l sutirš tė jo tamsū s debesys. Vaizdas, kurį jis pamatė , net neį sivaizdavo. Nusileidome į miestą ; nusileidimas buvo staigus, o vietomis net tekdavo kopti plokš č iais uolose sumū rytais namų stogais. Kai iš važ iavome į kelią , pavargusius ir iš sekusius, mus pasitiko New Goreme Tour atstovai, kurie jau buvo iš vykę mū sų ieš koti ir keliavo po apleisto miesto gatves. Pragyventa diena atneš ė neapsakomą malonumą ir tą patį neį tikė tiną nuovargį .
Galbū t, be nuostabių ir virpanč ių Kapadokijos grož ybių , kurias matė me, jos ž monė s nusipelno ypatingo dė mesio. Nedaug kur pasaulyje sutikau tokius malonius ir draugiš kus vietinius gyventojus kaip Goreme mieste. Visur mieste yra daugybė į vairių parduotuvių , prekiaujanč ių kilimais, š viestuvais, senais daiktais, į vairiais niekuč iais ir suvenyrais, ir kur visada esi laukiamas, bet ne dė l to, kad esi pirkė jas ar turistas, o dė l to, kad esi sveč ias. Toks pat pož iū ris į mus buvo visuose vietiniuose restoranuose ir apskritai visur, kur eidavome. Net jei nieko neperkate ir neuž sakysite, esate laukiami, jums pasiū lys prisė sti ir iš gerti vietinė s tradicinė s obuolių arbatos, paklaus kur ir iš kur esate pakeliui. Tokio malonaus ir ž mogiš ko pož iū rio nerasite niekur kitur š iuolaikiniuose miestuose, tač iau č ia tai vietos tradicijų ir svetingumo dalis. Č ia, jei gatvė je sutiksi nepaž į stamą ž mogų , jis tau linki geros sveikatos. Š tai ant grindų ateina senutė ilgomis juodomis suknelė mis ir skarele, ji tau nusiš ypsos, kai susitiksi ir pasakys daug gerų ž odž ių . Seni ž monė s š ioje srityje nemoka už sienio kalbų , bet jos ž odž iai jums bus aiš kū s, nes ji kalba visame pasaulyje ž inoma kalba – gerumo kalba. Tač iau jos vyras netoliese parduoda vaisius; š iuo verslu už siima visą gyvenimą , o rankose tai atrodo kaip menas. Goreme ž monė s laikosi savo tradicijų ir vertina savo nuostabų pasaulio kampelį . Gali bū ti, kad ne visos tradicijos ir ypatumai bus suprantami ir ž inomi už sienieč iui, o patys ž monė s atrodys kiek neį prasti ir neį prasti – bet kai už viso to slypi geras ž mogaus pož iū ris, tada tai neturi tiek reikš mė s. Svarbu vienas dalykas: ar daug ž emė je vietų , kur galima sutikti tokį pož iū rį į ž mones? Maž i miesteliai paprastai iš laiko daugybę nuostabių ir ypatingų tradicijų , kurios, deja, š iuolaikiniame pasaulyje pamirš tamos; Tač iau galiausiai bū tent toks ž mogiš kas pož iū ris daro mus ž monė mis.
Bū tinai paragaukite vietinė s virtuvė s: ji į vairi ir neį prasta. Klausykite patarimų ir pasiimkite patiekalą , kuris jums patariamas. Pavyzdž iui, Pottery Kebab mums suteikė ypatingą malonumą . Mė sa, darž ovė s ir tradiciniai prieskoniai dedami į puodą , už dengiami dangč iu, o iš virš aus už dengiami moliu, kad nebū tų papildomo oro srauto. Tada visa tai dedama į didelę orkaitę ir kepama. Puodą jums atneš a ant deganč ių ž arijų , prieš jus nulauž iamas puodo dangtis ir siū lo paragauti patiekalo. Toks neį prastas gaminimo bū das suteikia mė sai ypatingo skonio.
Tač iau niekada než inai, kokių dar stebuklų galima rasti š iame kraš te. . . Galbū t prieš iš vykstant norė sis oro balionu pakilti į dangų ir pamatyti š į kraš tą iš paukš č io skrydž io. Balionai kyla penktą ryto, pač iai auš tant. Jie plū duriuoja virš Goreme, virš kanjonų ir slė nių kaž kur link saulė s. . . O jei š ią akimirką paž velgsi į juos nuo ž emė s, atrodo, kad taip ž monė s pakyla į dangų į savo laimę , matydami tokį graž ų ir neį sivaizduojamą . Ž emiau esantis pasaulis.
Prieš iš siskyrimą su š ia ž eme mane aplankė tie patys pojū č iai, su kuriais susidū riau kai pirmą kartą susitikome. Ž odž iai mane paliko, o š irdį skaudė jo, nes bū tent tai verč ia ž mones atsisveikinti su tikru grož iu – tyliai, sustingusiais ir š iek tiek liū dnais. Tikiu, kad vieną dieną mes vė l susitiksime, Kapadokija, nes palikau tau dalelę savo š irdies. . .
